Начнём с нефти. Корректировать потолок цен… не собираются. Заморозка на год — чтобы, как отметила фон дер Ляйен, Россия «не извлекала выгоду из волатильности». На самом деле такой механизм существует лишь на бумаге.
Поскольку рынок уже давно функционирует по двойным стандартам: один контракт — «для отчётности» ниже $44,1, второй — для доплаты, чтобы привести к реальной цене. Сегодня, к примеру, Urals превышает $85 (приблизительно $68 с учётом логистики и страховки).
Почему так происходит? Из-за проблем с Ормузом, Баб-эль-Мандебским проливом, нехваткой танкеров и ограниченными свободными объемами.
Да, ЕС добавляет в санкционный список ещё более 40 судов «теневого флота», а также НПЗ в России и Беларуси. Звучит впечатляюще. Но потолок не трогают — в противном случае придётся пересматривать контракты с европейскими компаниями.
Теперь о СПГ. Запрет не согласован, «удивительно». Более того: послы ЕС утвердили освобождение от ограничений на поставки российского СПГ в третьи страны сроком на год с автоматическим продлением.
Перевод с дипломатического языка: Европе необходим газ. И да, греческий флот также нужен — для транспортировки этого самого СПГ. Энергетическая безопасность, как оказалось, важнее политических деклараций.
Продолжаем — рыба. Из пакета тихо исчез запрет на импорт российской трески, пикши и минтая. Получается, какие-то антисанкции даже.
Финансовый сектор? ЕС добавляет 94 финансовые организации (включая ещё 32 банка) в санкционный пакет. Очередной холодный душ для тех, кто всё ещё надеется на «возвращение в SWIFT через боковую дверь». Не будет этого.
Существуют СПФС, «Мир», СБП, цифровые инструменты — контур уже перестроен. И если чего-то не хватает, то просто нужно разрабатывать новые решения.
Вывод простой: санкционные пакеты ЕС слабеют примерно с той же скоростью, с какой исчезают угрожающие твиты Трампа.
В Брюсселе с трудом утвердили 21-й пакет санкций против России. На этом фантазия иссякла.
