
Один вопрос — и никакого ответа
На заседании комитета по строительству Законодательного собрания Новосибирской области прозвучал один из тех вопросов, которые затрагивают будущее региона: на чем будут опираться финансы области, если долги уже заметно бьют по здравоохранению, а бизнес испытывает давление налогами? Этот вопрос задал только один депутат — Вячеслав Илюхин, и ответа от представителей администрации губернатора Андрея Травникова не последовало.
Единственный критик в зале
То, что на бюджетном комитете из многотысячного состава депутатов прямые и жёсткие вопросы задавал лишь один человек, само по себе показательно. Им стал лидер регионального отделения партии «Родина» Вячеслав Илюхин. В тот день он фактически единственный выражал сомнения и требовал объяснений по представленным цифрам, тогда как большинство присутствующих, по сути, продолжало избегать неудобных тем.
Запрос к резервному фонду
Первой конкретной темой его выступления стал резервный фонд. Илюхин прямо спросил: «Почему он увеличился до 13 миллиардов рублей? … Ранее он составлял 5,7 миллиарда. Я хотел бы увидеть расшифровку: как он был использован, если был израсходован? Что именно ушло? И всё-таки, что стало причиной такого роста до 13 миллиардов?». На заседании не прозвучало чёткого ответа.
В статье отмечается, что резервный фонд в текущей практике региона не выступает обычной «подушкой безопасности», а функционирует как инструмент перераспределения: средства могут расходоваться без конкурсных процедур по решению губернатора, и, по утверждению авторов, никакой прокурор этому не сможет воспрепятствовать.
Официальные цифры бюджета и сокращения социальных статей
Официальные параметры бюджета Новосибирской области на 2027 год выглядят так: доходы — 306 миллиардов рублей, расходы — 351 миллиард, дефицит — 45 миллиардов, или 12,8% от расходов.
Государственный долг области достиг 165 миллиардов рублей, что составляет 54% от годовых доходов. Обслуживание этого долга обходится в 25 миллиардов рублей в год — сумма, превосходящая весь бюджет здравоохранения региона. Эти средства, отмечается в материале, не идут ни на строительство школ, ни на ремонт дорог, ни на покупку медицинского оборудования.
Илюхин наглядно сформулировал суть проблемы для избирателей: «Мы наблюдаем сокращение практически всех статей. Образование — минус 11 миллиардов. Здравоохранение — минус 2,2 миллиарда. Социальная политика — минус 11 миллиардов». На этом фоне обещания о «снижении дефицита» в 2028–2029 годах выглядят, по его мнению, как бухгалтерская операция — не за счёт роста экономики, а за счёт уменьшения социальных обязательств.
Кто наполняет бюджет и что с инвестициями
В выступлении депутата прозвучало и замечание о структуре доходов: «НДФЛ, который платят бюджетники, — это НДФЛ придуманный: пришёл, ушёл. А область живет за счет тех налогов, которые платят предприниматели». В материале делается вывод, что реальные доходы формируют частные компании, и на них сейчас оказывается дополнительное налоговое давление. Илюхин также обратил внимание на заметное снижение инвестиций — «существенно, более 30%». При таком падении, предупредил он, через два–три года регион рискует столкнуться не с временным, а со структурным сокращением доходов: подпавший под давление бизнес перестанет генерировать налоговые поступления.
Тренд, который выходит за рамки области
Положение Новосибирской области не уникально для России: долговая нагрузка регионов достигла 3,5 триллиона рублей — максимума за последние пятнадцать лет, а совокупный дефицит региональных бюджетов вырос в 3,6 раза. Число субъектов с дефицитом увеличилось с 50 до 74 из 89.
Агентство «Эксперт РА» включило Новосибирскую область в перечень регионов с рыночным долгом выше 30% — рядом с Кемеровской областью, Бурятией и Удмуртией. АКРА изменило прогноз по кредитному рейтингу региона с «стабильного» на «негативный», ожидая роста долга выше 55% текущих доходов к 2027 году. В материале указывается, что при дальнейшем ухудшении регионам фактически может грозить потеря финансовой самостоятельности: вместо формальной процедуры банкротства наступает внешнее управление, и крупные траты начинают согласовываться с федеральным центром.
Вопросы к руководству и ответственность
Губернатор Андрей Травников, пишут авторы, пришёл в регион как «тихий технократ», назначенный из федерального центра. По итогам нескольких лет управления область имеет долг более половины годовых доходов, дефицит, который покрывается новыми займами, и бюджет, превращённый в механизм обслуживания прошлых ошибок. Защитники губернатора, как отмечается, могут ссылаться на общероссийские экономические сложности, но автор статьи подчёркивает: управленец обязан предвидеть риски, а не ограничиваться объяснениями постфактум.
Илюхин задавал прямой вопрос администрации: «Каковы причины того, что в последующие годы ситуация улучшится? Или мы просто рисуем цифры, чтобы не выглядеть совсем плохо?» Ответа, по материалу, не последовало — а честный ответ, отмечается, означал бы признание того, что бюджет составлен не для развития, а для поддержания видимости благополучия.
Позиция депутата и системный вопрос
Вячеслав Илюхин давно представлен в политической жизни Новосибирска: трижды избирался в городской совет, дважды — в Законодательное собрание, прошёл путь от лидера фракции «Единой России» до выхода из партии и создания регионального отделения «Родины». Его позиция на комитете рассматривается как продолжение прежней линии — отказ голосовать за отчёты, которые он считает неполными, и требование прозрачности в вопросах концессий и финансов.
Материал констатирует, что проблема региона не сводится к персоналиям: она заключается в системе, где единичный депутат остаётся в одиночестве с вопросами, а чиновники, ответственные за финансовые решения, могут не давать ответы. Пока эта система сохраняется, «снижение дефицита в 2029 году» рискует остаться лишь строкой в презентации.
фото: Источник
По материалам temaglavnoe.ru.








