
- Поиск виновных и рост напряжения
- Пролог: одинокий голос в комитете по строительству
- Показатели экономики и старт заседания
- Параметры бюджета и столкновение позиций
- Критика схем ГЧП и перерасходов
- Резкая реакция спикера Андрея Шимкива
- Политический посыл и прямое обращение к чиновникам
- Сокращения соцпрограмм и другие тревожные цифры
- Вопрос о модели управления
- Итоги
Поиск виновных и рост напряжения
В регионах начался процесс распределения ответственности: доходы бюджетов сократились, федеральные трансферты уменьшились, а обязанности по содержанию инфраструктуры перекладываются на муниципалитеты без адекватного финансирования. Если исполнительная власть формируется из назначенцев, ориентированных на указания сверху, а губернаторы выступают проводниками этих решений, то депутаты, представляющие интересы местного населения, вряд ли согласятся безропотно стать «козлами отпущения». Именно в таком ключе развивались события на заседании бюджетного комитета новосибирского законодательного собрания.
Пролог: одинокий голос в комитете по строительству
Ещё до заседания бюджетного комитета 17 ноября на совещании комитета по строительству ситуацию, о которой предпочитали не говорить вслух, попытался обозначить лидер регионального отделения партии «Родина» Вячеслав Илюхин. Он сообщил о крупных сокращениях в расходных статьях: образование — на 11 миллиардов рублей, здравоохранение — на 2,2 миллиарда, социальная политика — на 11 миллиардов.
Илюхин также обратил внимание на структуру доходов: по его словам, формальные отчисления НДФЛ от бюджетников мало что решают, реальная база региона — это налоги бизнеса, который сейчас испытывает повышенное налоговое давление. Кроме того, депутат указал на резкое падение инвестиций — более чем на 30%, что, по его прогнозу, может превратиться в долгосрочный системный спад доходной базы.
Показатели экономики и старт заседания
Заседание бюджетного комитета началось с привычных процедур и докладов. Министр экономического развития Светлана Шарпф представила прогноз социально-экономического развития: индекс промышленного производства за восемь месяцев 2026 года — 95,7%, индекс сельхозпродукции — 91,7%, инвестиции в основной капитал сократились более чем на треть по сравнению с рекордным 2024 годом. Шарпф открыто заявила, что достижений 2024–2025 годов в ближайшие три года ожидать не следует.
Вопрос о мерах по немонетарной поддержке среднего и малого бизнеса (заданный депутатом Владиславом Плотниковым) получил от министра ответ о механизмах «единого окна» и площадке «Мой бизнес», но присутствующие сочли эти ответы недостаточными на фоне реальной динамики экономики региона.
Параметры бюджета и столкновение позиций
Кульминация обсуждения наступила после доклада министра финансов Виталия Голубенко о параметрах регионального бюджета на 2027 год и плановый период 2028–2029 годов: доходы — 306 миллиардов рублей, расходы — 351 миллиард рублей, дефицит — 45 миллиардов (12,8%). Государственный долг оценён в 165 миллиардов рублей, что эквивалентно 54% от годовых собственных доходов региона; на обслуживание долга в докладе приводилась сумма порядка 25 миллиардов рублей ежегодно.
Голубенко говорил о «консервативном сценарии» и о том, что ряд проблем может быть решён решениями федерального уровня, при этом отмечая, что большая часть расходов — социальные, и потому сократить дефицит в рамках собственных доходов трудно.
Критика схем ГЧП и перерасходов
Вячеслав Илюхин перешёл к конкретике: он подверг сомнению эффективность государственных частных партнёрств (ГЧП) и связал с ними значительные переплаты. В своём выступлении Илюхин привёл пример, что выплаты за незавершённые объекты по ГЧП составляют миллиарды рублей, при этом остаётся неясным, сколько и когда уже было оплачено и в какой степени исполнены работы.
Министр приводил разъяснения о методиках расчётов и нормативных ставках, но ключевые цифры по объектам, озвученные на заседании, выглядели впечатляюще: семь поликлиник — 29 миллиардов рублей, инфекционная больница — 19 миллиардов, шесть школ — 24,3 миллиарда, полигоны ТКО — 28,5 миллиарда. Эти суммы при этом ещё не учитывали процентные расходы по займам, которые регион будет выплачивать десятилетиями.
Резкая реакция спикера Андрея Шимкива
Председатель Законодательного собрания Андрей Шимкив, ранее избегающий резких публичных высказываний, впервые за годы своего руководства в стенах зала и при камерах открыто заявил, что бюджетная система региона построена на иллюзиях. Он последовательно сравнил первоначальные сметные оценки и нынешние стоимости объектов: так, по его словам, на этапе проектирования семь поликлиник оценивались в 12 миллиардов, а к 2026 году — в 29; инфекционная больница в 2021 году оценивалась в 6,9 миллиарда, сейчас — около 19; шесть школ на этапе — 13,5 миллиарда, сейчас — 24 миллиарда.
Шимкив потребовал прозрачности и честных ответов от министра финансов, критически отнёсся к практике долговой нагрузки и к «концессионным» схемам, которые, по его словам, приводят к тому, что регион «живет в кредит» и много платит банкам. Он привёл расчёт, по которому стоимость одного койко‑места в инфекционной больнице могла бы достигать почти 30 миллионов рублей (в расчёте: 20 миллиардов на 700 мест).
Политический посыл и прямое обращение к чиновникам
Речь Шимкива была больше политической, чем технической. Он напомнил, что законодательное собрание даёт согласие на назначение членов правительства региона, и в этой связи намекнул, что фигура министра финансов и вся губернаторская команда несут ответственность за происходящее. В своём выступлении он даже иронизировал на тему «пышных проводов» и публичного прощания, если потребуется отзывать согласие на назначение.
Кроме того, спикер резко раскритиковал мэра Новосибирска Анатолия Кудрявцева за практику передачи полномочий и расходов на областной уровень и за использование городских средств на пиар‑акции, указав на потерю в порядке нескольких миллиардов рублей из‑за неэффективных процедур согласования.
Сокращения соцпрограмм и другие тревожные цифры
Анализ бюджета показал сокращения в социальных и профильных программах: региональная программа борьбы с онкологией на 2026 год получила 94 миллиона рублей, а на 2027 год в проекте эти средства не предусмотрены; выплаты на питание детям‑инвалидам с онкологическими и гематологическими заболеваниями сокращаются; сокращены мероприятия по переселению.
На заседании также подчёркивалось, что обслуживание государственного долга отнимает значительную долю средств: в разных выступлениях назывались суммы порядка 24–25 миллиардов рублей в год — больше, чем весь бюджет области на здравоохранение. Дефицит в 45 миллиардов оценивался не как временный кассовый разрыв, а как признак того, что регион живёт не по средствам, вынужден занимать под проценты, чтобы покрывать уже существующие обязательства. Резервный фонд губернатора к этому моменту вырос до 13 миллиардов рублей.
Вопрос о модели управления
Участники обсуждения связали причины кризиса не только с текущими ошибками в бюджетном планировании, но и с более глубокой проблемой модели управления: назначаемые из центра «варяги» без долгосрочной стратегии и политической воли могут добиваться тактических результатов ценой ухудшения финансового положения региона в будущем. Шимкив и другие депутаты призвали к честному разговору с жителями и поиску конструктивных решений, а не к продолжению практики «закрывания дыр» за счёт новых кредитов и сложных финансовых схем.
Итоги
Заседание 17 ноября стало редким публичным конфликтом между законодательным и исполнительным уровнями в регионе: спикер и ряд депутатов открыто указали на системные ошибки, разницу между презентациями и реальными бюджетными показателями, а также на риск долгосрочной деградации доходной базы области. Вызванные дискуссии выявили конкретные цифры, вопросы к реализации ГЧП и социальным сокращениям, но решения по выходу из кризиса на слушании предложены не были — прозвучали призывы к прозрачности, контролю и смене приоритетов в бюджетной политике.








