Ночь катастрофы
В ночь с 28 на 29 октября 1955 года в Севастопольской бухте произошла крупная трагедия: флагман Черноморского флота, линкор «Новороссийск», затонул после сильного взрыва. Корабль встал на якорь на «третьей бочке» напротив Морского госпиталя — до берега оставалось около 120 метров. Части экипажа уже покинули борт по увольнению.
Корабль с историей: от «Giulio Cesare» до «Новороссийска»
«Новороссийск» — бывший итальянский линкор Giulio Cesare, заложенный в Генуе в 1910 году. Он прошёл Первую мировую, был модернизирован в межвоенный период, участвовал во Второй мировой и в 1942 году переведён в учебные цели. После капитуляции Италии корабли распределили между странами-победительницами; СССР в 1949 году поднял на нём свой флаг и дал имя «Новороссийск». До передачи судно несколько лет находилось без должного обслуживания; после ремонта и модернизации линкор фактически вошёл в строй Черноморского флота весной 1955 года и стал самой мощной единицей эскадры.
Взрыв и ход событий в первые часы
В 01:31 под носовой частью, с правого борта, произошёл взрыв чрезвычайной силы, направленный снизу вверх: днище и несколько палуб были пробиты. По оценкам, площадь пробоины в подводной части варьируется от 150 до 340 м². В носовые кубрики хлынула вода; почти 200 человек погибли сразу или в первые минуты.
Старшина электротехнического дивизиона Владимир Деточка вспоминал: «Вся палуба разворочена, как листья бумаги, а ведь толщина её где-то 220 мм — кругом кровь и ил. Первое, о чём я подумал: это война». Матрос-моторист Авенир Лисавин описывал: «Ил, кровь… Начали мы вытаскивать раненых из кубрика, на баркас и на Госпитальную возили».
Командование попыталось отбуксировать линкор на мель, но вскоре от этой операции отказались: носовая часть ушла под воду, буксировка потеряла смысл. К 04:15 крен достиг критического уровня, и «Новороссийск» опрокинулся через левый борт, перевернувшись вверх килем на 172 градуса; мачты упёрлись в илистое дно бухты.
Аварийные команды и потери среди спасателей
Немедленно после взрыва на помощь устремились аварийные команды с других кораблей эскадры — в числе прочих с крейсеров «Михаил Кутузов», «Молотов», «Керчь». Эти моряки поднимались на накренившуюся палубу, проникали в затопляемые отсеки, устанавливали заплаты и откачивали воду. Когда линкор перевернулся, многие спасатели оказались внутри и погибли.
По уточнённым данным, число погибших из состава аварийных команд соседних кораблей составило 61 человека; их тела остались в перевёрнутом корпусе или были извлечены позднее.
Затоплённые отсеки и спасённые «живьём погребённые»
После опрокидывания внутри корпуcа в оставшихся воздушных «карманах» оказалось живыми несколько человек — спасатели слышали стуки в переборках. Старший лейтенант Юрий Абрамов вспоминал: «На следующие сутки слышно было в отсеках — люди стучали, на третий день вывели двух человек из воздушной подушки». В общей сложности удалось спасти девять человек.
Семеро были выведены через горловину, прорезанную спасателями в днище кормовой части, примерно через пять часов после опрокидывания. Ещё двое оставались внутрь глубже всех: водолазы обнаружили их и вывели на поверхность спустя около 50 часов (по некоторым данным — 52 часа) после катастрофы.
Операция была чрезвычайно сложной: водолазы Попов и Ануфриенко прошли более 50 метров внутри затопленного корпуса в кромешной тьме среди плавающих тел, чтобы доставить пленникам дыхательные аппараты и вывести их сквозь лабиринт отсеков. По воспоминаниям водолазов, находящиеся внутри моряки иногда пели «Варяга». Стуки из глубины прекратились только к 1 ноября.
Число жертв и раненые
Данные по погибшим в разных источниках различаются. Официальный итог правительственной комиссии — 609 человек (с учётом аварийных команд с других кораблей). Другие источники приводят цифры 617 (557 членов экипажа и 60 спасателей с других кораблей) или даже 829 человек, если учитывать всех присутствовавших и участвовавших в спасработах. В приводимой нами сводке — более 600 погибших, в том числе 61 спасатель с соседних кораблей; 139 получили ранения.
Версии причин взрыва
Правительственная комиссия под руководством заместителя председателя Совмнара — Вячеслава Малышева — уже 17 ноября 1955 года сообщила о выводе: «внешний подводный взрыв (неконтактный, донный) заряда с тротиловым эквивалентом 1000–1200 кг», наиболее вероятно — подрыв на немецкой магнитной донной мине, оставшейся после войны.
Эта версия с самого начала вызывала сомнения. Специалисты указывали, что одного заряда могло быть недостаточно для образования такой пробоины; высказывались предположения о двух последовательных взрывах суммарной мощностью до 2000–2500 кг. К тому же дно в районе стоянки корабля неоднократно тралилось, и мина могла быть сдвинута с места.
Другая популярная гипотеза — диверсия иностранных подводных пловцов. В 2013 году в итальянской прессе появилось признание (без подробностей) одного из ветеранов 10-й флотилии MAS, которой командовал князь Валерио Боргезе; это возродило версию о возможной акции итальянских диверсантов, знакомых с Севастопольской бухтой. Также озвучивались версии о торпедной атаке, детонации собственного боезапаса и даже «партийном заговоре» против командования флота.
Ни одна из гипотез не получила окончательного документального подтверждения; даже после открытия архивов после 1991 года точная причина взрыва остаётся предметом споров и не выяснена окончательно.
Подъём и мемориальная память
Летом 1956 года экспедиция ЭОН-35 под руководством инженера Николая Муру приступила к подъёму линкора с помощью продувки отсеков сжатым воздухом. Подготовительные работы заняли несколько месяцев; 4 мая 1957 года началась генеральная продувка, и в тот же день корпус всплыл килем вверх. 14 мая корабль отбуксировали в Казачью бухту, где его перевернули и затем разобрали на металл. При подъёме за пределы корпуса вывалилась третья башня главного калибра, которую поднимали отдельно.
На Северной стороне Севастополя, у братского кладбища, где похоронены многие члены экипажа, установлены памятники и мемориальные плиты. Ежегодно 29 октября на Графской пристани собираются ветераны флота, родственники погибших и жители города: они выходят к месту гибели линкора, спускают венки и чтят память тех, кто погиб во время выполнения служебного долга в мирное время.
Фото: novorossiysk-linkor.ru
